Игорь Губерман. Гарики

Я душевно вполне здоров! Но шалею, ловя удачу… Из наломанных мною дров, Я легко бы построил дачу!	Psichiškai sveikas, sau vienas, Sėkmę vejuosi, net padai svyla, šitiek priskaldžiau medienos, kad lengvai pastatyčiau vilą.
Всего слабей усваивают люди, взаимным обучаясь отношениям, что слишком залезать в чужие судьбы возможно лишь по личным приглашениям.	Prasčiausiai žmonės įsisavina tarpusavio santykių dalyką, kad brautis  į kito gyvenimą, galima tik jam  sutikus.
Любил я книги, выпивку и женщин. И большего у бога не просил. Теперь азарт мой возрастом уменьшен. Теперь уже на книги нету сил.	Mylėdavau knygas, bohemą, moteris. bet pasakysiu jums, nors nesmagu, azartas man sumaišė poterius, dabar jau knygoms neturiu jėgų.
Слой человека в нас чуть-чуть наслоен зыбко и тревожно, легко в скотину нас вернуть, поднять обратно очень сложно.	Sluoksnis žmogiškumo vos prigijęs, jis toks plonas ir mįslingas, taip lengva  grįžti į galviją, O atstatyti – sudėtinga.
Я женских слов люблю родник И женских мыслей хороводы, Поскольку мы умны от книг, А бабы – прямо от природы.	Aš myliu moterų kalbų verdenę, O jų minčių  baletai  buria nuolatos. Savo išmintį iš knygų vyrai semia, O moterys - tiesiogiai iš gamtos.
Когда нас учит жизни кто-то, я весь немею; житейский опыт идиота я сам имею.	Kai įkalbėti bando proto, dažniausiai apkurstu; nes patyrimo idioto daugybę pats turiu.
Душа порой бывает так задета, что можно только выть или орать; я плюнул бы в ранимого эстета, но зеркало придется вытирать.	Užgauna sieloj skaudžią vietą,  sunku paskui išsilaižyti ; spjaučiau į tą pažeidžiamą estetą, bet veidrodį turėsiu pats valyti.
Я никак не пойму, отчего так я к женщинам пагубно слаб; может быть, из ребра моего было сделано несколько баб?	Protas guvus, bet neišmano, kodėl aš joms visoms jaučiu silpnybę; iš šonkaulio tikriausiai mano padarė moterų daugybę?
Ум полон гибкости и хамства, когда он с совестью в борьбе, мы никому не лжем так часто и так удачно, как себе.	Protas įžūliai ir išradingai su sąžine kovoja, kad taip dažnai ir taip sėkmingai mes patys sau meluojam.
Вовлекаясь во множество дел, Не мечись, как по джунглям ботаник, Не горюй, что не всюду успел, Может ты опоздал на "Титаник"	Kai reikalų užplūsta vėjai, nesiblaškyk kaip džiunglėse botanikas, nenusimink, kad ne visur suspėjai, pavėlavai gal  į "Titaniką."
За то люблю я разгильдяев, блаженных духом, как тюлень, что нет меж ними негодяев и делать пакости им лень.	Aš pasakysiu - slunkius myliu, Tie sofos ruoniai nemirtingi, Niekšybę padaryti gilią, jie paprasčiausiai  tingi.
Привычка думать головой – одна из черт сугубо личных, поскольку ум, как таковой, у разных лиц – в местах различных.	Tas įprotis galva mąstyti, ne iš betono lietas, nes protas kai kuriems, brolyti, visai kitoj gi vietoj. Išvertė povils

Житейскую расхлёбывая муть, так жалобно мы стонем и пыхтим, что Бог нас посылает отдохнуть быстрее, чем мы этого хотим.	Mums sekasi dejuoti ir spirgėti, kas dieną skųstis likimu, todėl Dievulis siunčia  pailsėti greičiau nei nori tu.
О чём-то срочная забота  нас вечно точит и печёт, и нужно нам ещё чего-то, а всё, что есть, - уже не в счёт.	Nauji dalykai priekin gena, mes jų vis ieškom net sukaitę, o viskas ką jau užgyvenę, mums tartum  nesiskaito.
Весь век себе твержу я: цыц и никшни, сиди повсюду с края и молчи; духовность, обнажённая излишне, смешна, как недержание мочи.	Prilaikau save aš visą laiką, kai pasirodyt ūpas ima, nes dvasingumas paikas taip, kaip nelaikymas šlapimo.
Я искренне люблю цивилизацию и все её прощаю непотребства за свет, автомобиль, канализацию и противозачаточные средства.	Myliu karštai  civilizaciją, Visas atleidęs  nešvankybes, už mašinas, šviesas, kanalizaciją ir kontraceptikų gausybę.

Igoris Gubermanas. Garikai apie šeimą ir moteris.

Мое счастливое лицо не разболтает ничего; на пальце я ношу кольцо, а шеей — чувствую его.	Laimingu save giedu, nes skųstis nekuklu; ant piršto mūviu žiedą, o jį  jaučiu  kaklu.
Мужчина — хам, зануда, деспот, мучитель, скряга и тупица; чтоб это стало нам известно, нам просто следует жениться.	Vyras – chamas, vėpla, idiotas, kankintojas, šykštuolis esti, kad visą tai jis sužinotų, tereikia apsivesti.
Завел семью. Родились дети. Скитаюсь в поисках монет. Без женщин жить нельзя на свете, а с ними — вовсе жизни нет.	Sukūriau šeimą. Gimė jau vaikai keli. Dabar jiems ieškau ko nors penimo. Be moterų gyventi negali, o su jomis – nelieka ir gyvenimo.
А жизнь летит, и жить охота, и слепо мечутся сердца меж оптимизмом идиота и пессимизмом мудреца.	Smagiai gyventi man užtenka proto, tik širdis pilna antagonizmo, tarp optimisto idioto ir to išminčiaus pesimizmo.
Творец дал женскому лицу способность перевоплотиться: сперва мы вводим в дом овцу, а после терпим от волчицы.	Kūrėjas moterims stebuklų davė, jos keičiasi ne vien tik persivilkę:    į žmónas tu vediesi ramią avį, o paskui kenti siaubingą vilkę.
Не брани меня, подруга, отвлекись от суеты, все и так едят друг друга, а меня еще и ты.	Nekoneveik manęs, žmonyte, pailsėkime nuo barnių sumautų, visi ir taip juk ėda vienas kitą, o mane dar priedo ėdi tu.
Чтобы не дать угаснуть роду, нам Богом послана жена, а в баб чужих по ложке меду вливает хитрый сатана.	Kad neužgęstų giminė, Dievulis davė žmoną, visoms kitoms medučio įlašino šėtonas.
Когда в семейных шумных сварах жена бывает не права, об этом позже в мемуарах скорбит прозревшая вдова.	Sukta žmona  kasdieną savo vyrelį maudo, bet likusi našle, be galo jį aprauda.
Семья — театр, где не случайно у всех народов и времен вход облегченный чрезвычайно, а выход сильно затруднен.	Šeima – teatras  ar net kinas, gabumų aktoriams nestinga, labai čia lengvas  įėjimas, o išėjimas sudėtingas.
Бойся друга, а не врага — не враги нам ставят рога.	Saugotis draugo,  per vėlai suprato - ne priešai juk  ragus įstato.
Век за веком слепые промашки совершает мужчина, не думая, что внутри обаятельной пташки может жить крокодильша угрюмая.	Nereikia aklai blaškytis, kas vyrą ne vieną nuvylė, viduje žavios paukštytės tūno dažnai krokodilė.
Мужик тугим узлом совьется, но если пламя в нем клокочет - всегда от женщины добьется того, что женщина захочет.	Pasakysiu kažką banalaus: Jei vyras parako turės - tai viską iš moters išgaus, ko ji pati tik  panorės.
Добро со злом природой смешаны, как тьма ночей со светом дней; чем больше ангельского в женщине, тем гуще дьявольского в ней.	Perpratęs gamtos suktybių dangalą, turiu tai pasakyti dėl aiškumo, kuo  panašesnė moteris į angelą, tuo joje daugiau šėtoniškumo.
Кто ищет истину, держись у парадокса на краю; вот женщины: дают нам жизнь, а после жить нам не дают.	Keista, paradoksali teisybė, te kris į vyrų išminties aruodą; moterys suteikia mums gyvybę, paskui gyventi jos neduoda.
Какие дамы нам не раз шептали: «Дорогой! Конечно, да! Но не сейчас, не здесь и не с тобой!»	Ar nekuždėjo damos, ar, kai buvom norų lydimi: "Taip, žinoma, bet ne dabar, ne čia ir ne su tavimi!"
Хвалите, бабы, мужиков: мужик за похвалу достанет месяц с облаков и пыль сметет в углу.	Pagirkit vyrus kuo daugiau -  juk didvyriu ne vienas tampa, nuskins mėnulį nuo dangaus, šiukšles sušluos į kampą.
Всегда мне было интересно, Как поразительно греховно: Духовность женщины — телесна, А тело — дьявольски духовно.	Man įdomu perkūniškai, ir stulbinančiai nuodėminga: nes dvasingumas moteries toks kūniškas, o kūnas jos –  šėtoniškai dvasingas.
Являют умственную прыть, пускай мужчины-балагуры,   а даме ум полезней скрыть — он отвлекает от фигуры.	Išminties visiems norėtųsi įkvėpti: te vyrai būna proto mūrai, o damoms protą reikia slėpti - nes atitraukia nuo figūros.
С неуклонностью упрямой все на свете своевременно; чем невинней дружба с дамой, тем быстрей она беременна.	Reliatyvus dalykas ta dora ir neatskleisiu čia naujos teisybės; kuo nekaltesnė, rodosi, pora, tuo randasi greičiau  nauja gyvybė.
Всему ища вину во вне, Я злился так, что лез из кожи, А что вина всегда во мне, Я догадался много позже.	Ieškodamas kaltų kitų, net iš odos iššokau, o kad kaltė tik manyje, aš supratau vėlokai.         Išvertė povils

Santarvė

Идея найдена не мной, но это ценное напутствие: чтоб жить в согласии с женой, я спорю с ней в её отсутствие. Игорь Губерман

Šeimoj naudoju gerą toną, Net apgavystę,  atsiprašant, Kad bū́tų santarvė su žmóna, Aš ginčijuos su ja jai nesant.

Garikai 2

Игорь Губерман

Житейскую расхлёбывая муть, так жалобно мы стонем и пыхтим, что Бог нас посылает отдохнуть быстрее, чем мы этого хотим.	Tau sekasi dejuoti ir spirgėti, kas dieną skųstis likimu, todėl Dievulis siunčia  pailsėti greičiau nei nori tu.
О чём-то срочная забота  нас вечно точит и печёт, и нужно нам ещё чего-то, а всё, что есть, - уже не в счёт.	Nauji dalykai priekin gena, mes jų vis ieškom net sukaitę, o viskas ką jau užgyvenę, mums tartum  nesiskaito.
Весь век себе твержу я: цыц и никшни, сиди повсюду с края и молчи; духовность, обнажённая излишне, смешна, как недержание мочи.	Aš sau ne priešas ir ne spuogas, aš prilaikau save, nors ūpas ima, nes dvasingumas visai nuogas tai, kaip nelaikymas šlapimo.
Я искренне люблю цивилизацию и все её прощаю непотребства за свет, автомобиль, канализацию и противозачаточные средства.	Myliu karštai  civilizaciją, Visas atleidęs  nešvankybes, už mašinas, šviesas, kanalizaciją ir kontraceptikų gausybę.