Игорь Губерман. Гарики

Я душевно вполне здоров! Но шалею, ловя удачу… Из наломанных мною дров, Я легко бы построил дачу!	Psichiškai sveikas, sau vienas, Sėkmę vejuosi, net padai svyla, šitiek priskaldžiau medienos, kad lengvai pastatyčiau vilą.
Всего слабей усваивают люди, взаимным обучаясь отношениям, что слишком залезать в чужие судьбы возможно лишь по личным приглашениям.	Prasčiausiai žmonės įsisavina tarpusavio santykių dalyką, kad brautis  į kito gyvenimą, galima tik jam  sutikus.
Любил я книги, выпивку и женщин. И большего у бога не просил. Теперь азарт мой возрастом уменьшен. Теперь уже на книги нету сил.	Mylėdavau knygas, bohemą, moteris. bet pasakysiu jums, nors nesmagu, azartas man sumaišė poterius, dabar jau knygoms neturiu jėgų.
Слой человека в нас чуть-чуть наслоен зыбко и тревожно, легко в скотину нас вернуть, поднять обратно очень сложно.	Sluoksnis žmogiškumo vos prigijęs, jis toks plonas ir mįslingas, taip lengva  grįžti į galviją, O atstatyti – sudėtinga.
Я женских слов люблю родник И женских мыслей хороводы, Поскольку мы умны от книг, А бабы – прямо от природы.	Aš myliu moterų kalbų verdenę, O jų minčių  baletai  buria nuolatos. Savo išmintį iš knygų vyrai semia, O moterys - tiesiogiai iš gamtos.
Когда нас учит жизни кто-то, я весь немею; житейский опыт идиота я сам имею.	Kai įkalbėti bando proto, dažniausiai apkurstu; nes patyrimo idioto daugybę pats turiu.
Душа порой бывает так задета, что можно только выть или орать; я плюнул бы в ранимого эстета, но зеркало придется вытирать.	Užgauna sieloj skaudžią vietą,  sunku paskui išsilaižyti ; spjaučiau į tą pažeidžiamą estetą, bet veidrodį turėsiu pats valyti.
Я никак не пойму, отчего так я к женщинам пагубно слаб; может быть, из ребра моего было сделано несколько баб?	Protas guvus, bet neišmano, kodėl aš joms visoms jaučiu silpnybę; iš šonkaulio tikriausiai mano padarė moterų daugybę?
Ум полон гибкости и хамства, когда он с совестью в борьбе, мы никому не лжем так часто и так удачно, как себе.	Protas įžūliai ir išradingai su sąžine kovoja, kad taip dažnai ir taip sėkmingai mes patys sau meluojam.
Вовлекаясь во множество дел, Не мечись, как по джунглям ботаник, Не горюй, что не всюду успел, Может ты опоздал на "Титаник"	Kai reikalų užplūsta vėjai, nesiblaškyk kaip džiunglėse botanikas, nenusimink, kad ne visur suspėjai, pavėlavai gal  į "Titaniką."
За то люблю я разгильдяев, блаженных духом, как тюлень, что нет меж ними негодяев и делать пакости им лень.	Aš pasakysiu - slunkius myliu, Tie sofos ruoniai nemirtingi, Niekšybę padaryti gilią, jie paprasčiausiai  tingi.
Привычка думать головой – одна из черт сугубо личных, поскольку ум, как таковой, у разных лиц – в местах различных.	Tas įprotis galva mąstyti, ne iš betono lietas, nes protas kai kuriems, brolyti, visai kitoj gi vietoj. Išvertė povils

Житейскую расхлёбывая муть, так жалобно мы стонем и пыхтим, что Бог нас посылает отдохнуть быстрее, чем мы этого хотим.	Mums sekasi dejuoti ir spirgėti, kas dieną skųstis likimu, todėl Dievulis siunčia  pailsėti greičiau nei nori tu.
О чём-то срочная забота  нас вечно точит и печёт, и нужно нам ещё чего-то, а всё, что есть, - уже не в счёт.	Nauji dalykai priekin gena, mes jų vis ieškom net sukaitę, o viskas ką jau užgyvenę, mums tartum  nesiskaito.
Весь век себе твержу я: цыц и никшни, сиди повсюду с края и молчи; духовность, обнажённая излишне, смешна, как недержание мочи.	Prilaikau save aš visą laiką, kai pasirodyt ūpas ima, nes dvasingumas paikas taip, kaip nelaikymas šlapimo.
Я искренне люблю цивилизацию и все её прощаю непотребства за свет, автомобиль, канализацию и противозачаточные средства.	Myliu karštai  civilizaciją, Visas atleidęs  nešvankybes, už mašinas, šviesas, kanalizaciją ir kontraceptikų gausybę.